Лыхин Валентин Сергеевич

    УВИДЕТЬ ЗЕМЛЮ С ОБЛАКА…



    «Испытай один раз полёт, и твои глаза навечно будут устремлены в небо. Однажды там побывав, на всю жизнь ты обречён тосковать о нём.»
    ЛЕОНАРДО ДА ВИНЧИ

    « Окунёмся, была, не была, в ресторанную жизнь удалую…»

    Именно с ресторана началась жизнь Валентина Сергеевича Лыхина в Томске. Вернее, с помещения на железнодорожном вокзале, где теперь располагается ресторан. Проходя мимо, Валентин Сергеевич как наяву, глядя в одно из окон, видит там прильнувшего к стеклу парнишку, внимательно наблюдающего за прохожими.
    …Осенью 1941 года семья эвакуировалась вместе с заводом «Сибэлектромотор» из Ярославля в Томск. В пути были два месяца. К счастью, эшелон, где в одной из теплушек на нарах устроился Валентин, под бомбёжку не попал. Но «картинок» начавшейся войны шестилетний паренёк насмотрелся вдоволь : развороченные взрывами рельсы, вывернутые из земли деревья, бомбы, не разорвавшиеся по какой-то причине, искорёженные повозки, эшелоны с ранеными бойцами, которые, опережая их состав, уходили в тыл.
    Больше двух месяцев прожили прибывшие из Ярославля эвакуированные вместе с заводом рабочие со своими семьями в здании железнодорожного вокзала. Наконец, семье Лыхиных выделили крохотную комнатушку в доме на пересечении улиц Красноармейской и Герцена, Школа, вернее, мужская средняя школа № 43, куда пошёл учиться Валентин, находилась недалеко – на пересечении Тверской и Герцена. Учился ровно, не выделяя особо какой-то предмет. Но после уроков, а в воскресенье с самого раннего утра, обязательным ритуалом была поездка на Каштачную гору – там находился в то время аэроклуб. На Воскресенской горе, прямо под открытым небом, стояли разобранные самолёты, а в здании костёла поместили самолёт ПО-2, на котором обучались лётному делу пареньки, выбравшие небо своей судьбой. И особенно прилежным и настойчивым был Валентин. Уже в аэроклубе у него в лётной книжке были записаны прыжки с парашютом. Первый такой прыжок Валентин сделал в 17 лет, преодолев страх перед открывшейся бездной. В тот раз сделать это смог только он один из группы.
    После окончания школы военкомат направил Валентина в Павлодар, но вскоре его перевели во Фрунзе, в лётное училище, которое готовило лётчиков - истребителей. Закончилась студенческая жизнь, и молодой лейтенант прибыл в город Кузнецк Пензенской области. Начались полёты. Валентин летал на МИГ- 15. В одном из полётов, во время пилотажа, случилось непредвиденное - отстегнулась кислородная маска, и была временная потеря сознания. После этого ЧП (а Валентин Сергеевич до сих пор не может понять, как такое могло случиться), комиссия забраковала молодого лётчика, летать запретили.
    Очевидно, это был тот самый случай, когда сработал «коэффициент обалдения» - эмоции и впечатления от распахнувшегося перед глазами неба, его необыкновенной красоты, которую можно увидеть только из кабины пилота, перекрывают все знания и пилот впадает в ступор. Не случайно, при отборе курсантов в лётные учебные заведения, особое место занимает проверка их на психологическую устойчивость, умение владеть собой, находить выход в самых сложных ситуациях. Сколько бы раз не поднимался пилот в небо, он должен помнить, что к нему нельзя относиться пренебрежительно, беспечно. Ни один полёт не повторяется, небо - оно всегда новое, непредсказуемое. Знаменитый лётчик – испытатель СССР Михаил Громов как-то сказал: « Я потому более 30 лет летал и испытывал самолёты надёжно, потому что на 90% научился управлять своей психикой и лишь на 10% научился управлять самолётом».
    Конечно, Валентин испытал шок, конечно, было обидно и горько расставаться с мечтой всей своей молодости. Но ныть и бездействовать было не в правилах Валентина. Он поступает на вечернее отделение механического факультета Политехнического института и устраивается токарем на «Сибэлектромотор».
    Буквально через полгода пришла повестка из военкомата явиться на сборы в город Кузнецк Пензенской области. Набор курсантов был теперь в гражданскую авиацию, и Валентин Сергеевич поступает на первый курс в училище гражданской авиации. К этому времени у него был налёт 250 часов, средний бал 4,7 – высокий. Началась учёба. Однажды к нему подошёл командир отряда Иван Иванович Кожа (впоследствии ставший начальником училища) и предложил перейти на второй курс, на самолёт АН-2. «Но сначала ты, Валентин, должен сдать мне ВСЕ экзамены за первый курс. » Время было обеденное, и курсант Лыхин направлялся в столовую. А рядом шёл командир и задавал ему вопросы по теоретическим дисциплинам первого курса. Так, пока шли они 150 метров до столовой, курсант Лыхин и сдал командиру 11(!) экзаменов. Оставалась практика, которую Валентин тоже сдал, летая вместе с командиром. Так, за 8 месяцев учёбы вместо двух лет, окончил училище Валентин Лыхин и получил направление в Западно-Сибирское управление гражданской авиации, в Томск.
    Аэропорт в то время располагался на Каштаке, а на месте берёзовой рощи находился штаб. Произошло это событие в далёком 1960 году. До 1976 года летал Валентин Сергеевич на АН-2 по различным маршрутам нашего Томского северного неба. Это были Тегульдет и Белый Яр, Колпашево, Кривошеино, Стрежевой, и Красный Яр, Нарым, Кожевниково, Парбиг, Бакчар, Пудино, Васюган…
    - Валентин Сергеевич, АН-2 самолёт «холодный», он мог лететь и в 50-ти градусный мороз, но каково было пассажирам в салоне?
    - Да, мы это понимали, под ноги пассажирам бросали в особо морозные дни утеплитель с фюзеляжа. А однажды мне пришлось укутать ноги одной девчонке ватным чехлом - в ботиночках собралась до Колпашева лететь, а это 1час и 30 минут полёта. Могла и обморозить ноги…

    Гениальный советский авиаконструктор Олег Антонов создал уникальный летательный аппарат. Первый испытательный полёт АН-2 произвёл ещё в 1947 году, преодолев 3000 километров. Этот самолёт занесён в книгу рекордов Гинесса, как самый долго выпускаемый (более 70-ти лет!) самолёт. Любимец Никиты Сергеевича Хрущёва, АН-2 способен не срываться в штопор, а плавно снижаться, подобно парашюту, даже если у него заглох двигатель, он может парить в воздухе и даже двигаться задним ходом, может садиться и взлетать с неподготовленных площадок, поэтому до сих пор используется в санавиации, при борьбе с пожарами, для санитарной обработки сельскохозяйственных территорий. Казалось бы, для пилотов этого самолёта не может возникнуть никаких непредвиденных ситуаций - «кукурузник», «аннушка», «жеребёнок» - это далеко не все шутливые названия Ан-2, - никогда не подведёт. Однако в лётной практике Валентина Сергеевича таких ситуаций было предостаточно…


    ДЕСЯТЬ КОМПОТОВ

    … АН-2 выруливает на взлётную полосу, и вдруг в кабину пилотов начинает прорываться пассажир, кричит, угрожает. Пришлось заглушить двигатель, доложить обстановку диспетчеру, дождаться милицию, сдать горе-пассажира (а он оказался невменяемо пьяным). Вновь прошли предвзлётную проверку приборов, разрешили взлёт. И…буквально на первых минутах полёта начинает быстро расти температура масла. Экипаж не может понять причину, потому что проверили всё перед взлётом. Сделали круг над аэропортом, вернулись на взлётную полосу. Осмотрели самолёт, увидели…подушку в тоннеле маслорадиатора. День был морозный и, пока эвакуировали пьяного пассажира с борта, чтобы не остыл маслорадиатор, техник перестарался и засунул подушку в туннель. А вытащить… забыл. Вина техника стала очевидной, но Валентин Сергеевич взял ответственность за случившееся на себя. Результат - сняли с командиров во вторые пилоты, отрезали талон нарушений ( а их всего два!), но…молчал командир, не выдал молодого техника, которому грозило увольнение…
    …Очередное санзадание: в Тегульдете умирает девочка, один годик. Приземлились. Родители с девочкой были уже в здании аэропорта. Врач, которая прилетела для сопровождения больной, показала командиру, что поздно, не успели…И через мгновение крик : «Летим! Дышит!» Состояние девочки ухудшалось, а лететь надо было 1 час 20 минут. Воздушная трасса проходила недалеко от Северска, что удлиняло время полёта. Врач отчаянно пыталась привести девочку в сознание. Счёт шёл не на минуты, а на доли секунды. И Валентин Сергеевич принимает решение лететь над Северском, срезав 120 километров воздушной трассы и сократив полёт до 40 минут. Он по инструкции обязан был запросить разрешение на изменение маршрута. Земля запретила. Но Лыхин летел прямо. Приземлились. Девочку с врачами забрала «Скорая», а экипаж сопроводили в спецмашину, которая уже дежурила на лётном поле, и отправили в наркодиспансер для освидетельствования. Скорее всего, Валентина Сергеевича навсегда отстранили бы от полётов. Обвинений было предостаточно.
    …Поздно вечером в квартиру Лыхиных постучали. Переглянулись с женой, открыли дверь. На пороге стоял командир Геннадий Сергеевич Кораблёв. Вручил билеты на самолёт и путёвку в дом отдыха в Сочи, сказал, что руководство аэропорта на стороне Лыхина, а им приказал отдыхать и месяц не показываться в Томске. Когда Лыхины вернулись из Сочи, «высокие языки пламени» скандала были, практически, потушены. …А девочка та выжила, родила двоих детей. Об этом Валентину Сергеевичу рассказала врач, сопровождавшая больную в тот памятный полёт. «Если бы на 5 минут позже её доставили в больницу, умерла бы…». А Валентин Сергеевич, по его словам, легко отделался – получил выговор.
    … Когда лётчик Лыхин впервые приземлился на Колпашевскую землю и пошёл посмотреть город, больше всего его поразили тротуары, выложенные ровными деревянными чурочками – идти по такому тротуару было на удивление легко - настоящая «тропа здоровья»! А ещё Колпашево запомнилось тем, что несколько раз летал с ним Виктор Кресс - тогда молодой директор «Зверосовхоза», где выращивались чернобурые лисы. Были его пассажирами и такие знаменитости, как Ян Френкель, прилетавший в Средний Васюган с концертом для нефтяников. В лётной куртке, в унтах, подошёл к экипажу : «Ну что, летим?»
    …Канун Нового года выдался снежным, облачность низкая, плотная. Для АН-2 такая погода - нелётная, зацепиться может за что-нибудь. 25 декабря «засели» в Пудино. И, хотя командир эскадрильи успокаивал, что Новый год можно встретить и здесь, Валентину хотелось домой, в Томск. «Ты мне лучше осетра на новогодний стол подари», - пошутил Лыхин.
    К 31 декабря в Кожевниковском аэропорту собралось 11 самолётов, экипажи которых с нетерпением ждали разрешения на вылет в Томск. Наконец, долгожданный ветер немного разогнал низкие тучи, разрешили взлёт.
    В Томске его ждала прямо на лётном поле дежурная камеры хранения, которая в те времена находилась на улице. «Ты осетра своего забирай, надоело мне его тут пристраивать». Валентин, когда увидел «рыбку», ахнул – чтобы дотянуться до хвоста, ему надо было встать на цыпочки! Коллеги посмеивались « Садись верхом и домой, с горочки-то!» Идея понравилась, и два экипажа, со смехом и воплями восторга, «укатались» на этом осетре с Каштачной горы до усталости, удивляя прохожих этой предновогодней суматохой.
    Дома мама Валентина конечно «пожурила» немного, но полный большой таз осетровой икры, быстро погасил её гнев. В те времена в залах ожидания, на улице, у входа в аэропорт, постоянно стояли мешки с мороженой рыбой для отправки в Томск. На вопрос, сколько стоит рыба, мужики, толпившиеся рядом с мешками, отвечали: «Рыбы-то нет, а вот щука есть, бери, сколько хочешь!»
    …Подруга жены уехала жить во Фрунзе и всё звала их в гости. Собрались, наконец, приехали в город, где учился Валентин Сергеевич. На рынке, покупая помидоры, встретил Валентин своего преподавателя. Разговорились. «А ты Николаева помнишь? »- спросил он у Валентина. «Помню, конечно, вместе жили, на 10 компотов с ним спорили». «Да нет, другого Николаева, космонавта нашего!» Не вспомнил Валентин Сергеевич ставшего знаменитым на весь мир сокурсника. Но на встречу с космонавтом, которая как раз в эти дни проходила во Фрунзенском училище лётчиков, Валентин пришёл. Уже на входе он увидел Андрияна Николаева в окружении курсантов училища. «Валентин, здравствуй!», - махнул ему рукой космонавт №3.
    …- Валентин Сергеевич, а почему именно авиация?
    - Так я родился в день авиации. Мою судьбу определило небо…

    … На одном из занятий по физической подготовке, наблюдали за ребятами, которые прыгали с вышки. Поспорили с другом на 10 компотов (а 10 компотов - это была во время учёбы Валентина в лётном училище высшая награда, которую удавалось получить только особо отличившимся курсантам), что Валентин прыгнет с 10-ти метровой вышки. А когда курсант Лыхин поднялся на 10-ти метровую ступеньку вышки и посмотрел вниз…у него потемнело в глазах …от страха. «Разобьюсь,»- подумал он, но шагнул в бездну отчаянно, по другому он просто не мог поступить. 10 компотов Валентин получал под аплодисменты курсантов в столовой. А позднее у него был
    и 2-ой разряд по прыжкам с 10-метровой вышки
    Среди множества профессий есть всего несколько таких, которые очаровывают романтикой, но при этом остаются самыми сложными, ответственными и опасными…Лётчик- это одна из самых романтичных ,загадочных и красивых профессий. Но именно она требует от человека неимоверных усилий, собранности и решительности, умения каждую секунду оценивать «поведение» самолёта и мгновенно принимать единственно правильное решение, если возникает нештатная ситуация…Профессию лётчика выбирают сильные личности, умеющие постоянно закалять свою волю, собранные и смелые. Люди, которые летают…

    Нина Бондаревич